sslysenko | Введение в Ветхий Завет (Еврейскую Библию)

Лекция 3. Еврейская Библия в Древнеближневосточном окружении: Бытие 1-4 в контексте.

Профессор Кристина Хейс

Глава 4. Аллюзии и созвучия с Древнеближневосточными мотивами.

Таким образом, израильское описание сотворения мира содержит четкие параллели с Древнеближневосточными космогониями; но, возможно, Бытие 1 лучше всего можно описать как демифологизацию существовавшего в то время общего культурного наследия. Выражаясь языком Кауфмана, в этой истории прослеживается четкая тенденция к монотеизму. Для библейских авторов, создавших Бытие 1, — а позже мы поговорим о том, что авторы Бытия 1 и Бытия 2 и 3 — это разные люди, — несомненно важным была трансформация широко известных мифологических историй в монотеистическую картину мира. Нужно было создать повествование, которое бы конкурировало с мифами или мифологиями соседей Израиля и полемизировало с ними. Отвергая мифологическое прочтение известных элементов истории творения они, в то же время, не отбрасывали сами эти элементы, а переосмысливали их и, видоизменяя, включали в свое, новое повествование.

Итак, что я в частности пытаюсь сказать, описывая Бытие 1, это то, что в этой истории зло изображается не как физическая реальность. Оно не встроено в структуру мира. Когда Бог отдыхает от дел своих, он взирает на все творение и говорит, что всё это «хорошо весьма», все очень хорошо устроено. И все же мы знаем, что зло - это реальность жизни человека. Как же мы можем объяснить это? Я думаю, история про Эдемский сад пытается ответить на этот вопрос. На самом деле, она преследует множество целей, но в частности, я полагаю, одной из задач этого текста является попытка ответить на этот вопрос и ответ состоит в том, что зло проистекает из человеческого поведения. Бог создал благой мир, но люди, проявляя себя как морально автономные существа, имеют власть извращать всё благое. Итак, история Эдемского сада повествует о том, что Кауфман определил бы как основную идею монотеистического мировоззрения: зло — не метафизическая реальность, это реальность моральная. Это, в конечном счете, означает, что зло не неизбежно, и это также означает, что зло лежит в сфере человеческой ответственности и контроля.

Итак, Нахум Сарна, ученый, о работе которого я говорила ранее, отмечает, что существует очень важное различие между историей Эдемского сада и её древнеближневосточными параллелями. Он говорит, что мотив дерева жизни или растения жизни или растения вечной молодости, это мотив, который мы находим в других произведениях древнеближневосточной литературы, в древнеближневосточном мифе и ритуале и иконографии. Поиск такого растения, или поиск бессмертия, которое это растение дает, является основной темой в месопотамском эпосе о Гильгамеше. В следующий раз у нас будет возможность подробно обсудить эту историю. Однако, отмечает Сарна, в древневосточной литературе мы не не можем обнаружить параллелей с библейским деревом познания добра и зла. При чем, это ведь не дерево знаний, это дерево именно познания добра и зла. Какое значение имеет тот факт, что в Библии упоминаются оба эти дерева? Сначала в ней упоминаются и дерево жизни и дерево познания добра и зла; но далее в ней говорится лишь о дереве познания добра и зла. Дерево жизни практически игнорируется в повествовании, пока мы не доберемся до конца истории, и это очень важно. В других мифах того времени и этой части света дерево жизни является центральной темой. Сарна же утверждает, что подчиненная роль дерева жизни в библейском тексте сигнализирует о том, что библейский писатель не озабочен вопросом бессмертия. Библейский писатель настаивает на том, что главной заботой жизни является не смертность, а мораль. И драма человеческой жизни должна вращаться не вокруг поиска вечной жизни, а вокруг морального конфликта и противоречия между, «хорошим весьма» миром, созданным благим Богом и свободной волей людей, которые могут испортить божье творение.

Змей говорит Еве, что если она съест плоды дерева познания добра и зла, то станет похожей на Бога. И на самом деле он, в ком-то смысле, не лжет. Да и Бог знает, что люди станут похожими на Бога, знающего добро и зло. О Боге можно сказать, что он знает добро и зло, но выбрал добро. Библейский писатель утверждает что Бог абсолютно благ. Люди станут подобны богам, знающим добро и зло, не из-за каких-то магических свойств этого плода, и, кстати, это не яблоко. Представление о том, что это яблоко основано на интересном, но неправильном переводе. Мы знаем, что это был за плод? Нет, я не думаю, что мы знаем на самом деле, но это определенно не яблоко. Всё дело в том, что слово malum, означающее на иврите «зло», близко по звучанию к латинскому слову, означающему «яблоко». Именно поэтому в иконографии стали изображать это дерево в виде яблони, но это не яблоня. Вообще, были ли у них тогда там яблони?! Итак, дело не в магических свойствах самого плода, а в акте самого непослушания. Они приняли решение есть от плода вопреки воле Божьей — а это единственная заповедь, установленная Богом: «Не делай этого! В этом саду можно есть все остальное», - значит, наверное, даже можно было есть от древа жизни? Тут же не сказано, что они не могли есть от него тоже. Кто сказал, что они не могут есть от плода древа жизни и жить вечно? Не ешь от древа познания добра и зла!

Вопрос из аудитории: Есть ли какое-то объяснение тому, почему Бог говорит, что вы не можете есть от этого дерева, когда Он сам дал все плоды, которые приносят деревья в пищу?

Ответ: Попыткам дать ответ на этот вопрос — уже несколько тысяч лет. За это время было предложено несколько интерпретаций этой библейской истории, некоторые из них очень интересные. Почему Бог так сделал? Не получается ли так, что он сам предложил людям испытание, будучи уверенным, что они точно не справятся с ним? Некоторые комментаторы именно так и объясняют то, что произошло в Эдемском саду. Но были и другие.

И на самом деле, получается так, что именно благодаря тому, что люди смогли ослушаться божьего повеления, они узнали, что являются свободными личностями. Они могут сами решать, действовать ли им в соответствии с волей Божьей или вопреки воле Божьей. Парадоксальным образом, они познают, что обладают моральной автономией. Помните, что они были сотворены по образу Божьему, и вот, они обнаруживают, что обладают моральной автономией, совершая выбор в пользу бунта, в пользу неповиновения. Тут можно было бы сказать, что они бы никогда и не узнали о своей самостоятельности, не ослушавшись однажды божьего запрета. И тогда сразу возникают всевозможные вопросы о том, было ли это частью Божьего плана, чтобы они узнали об этом, должны ли они были узнать об этом, чтобы их выбор в пользу добра действительно стал значимым. Каков смысл в том, что вы делаете добро, когда у вас нет другого выбора или если вы не знаете, что у вас есть возможность поступать иначе? Есть замечательный комментатор XIII века, который говорит, что Богу нужны были существа, которые могли бы послушаться Его, и поэтому для Адама и Евы было важно сделать то, что они сделали, и обнаружить, таким образом, что у них действительно была возможность не подчиняться Богу, чтобы их выбор в пользу Бога стал наполнен смыслом. Такова одна из линий интерпретации, которая прошла через многие богословские системы на протяжении сотен лет.

Поэтому тот самый поступок, который дал им познание добра и зла, сделав подобными богу, то есть морально автономными личностями, был одновременно актом, совершенным вопреки Богу. Таким образом, мы видим, что знание добра и зла не гарантирует, что человек сделает выбор в пользу добра или склонен к нему. Это то, что змей опустил в своей речи. Он сказал, что если вы вкусите от этого плода, плода с дерева познания добра и зла, вы станете похожи на Бога. С одной стороны — это правда, но с другой — ложь. Слова змея подразумевают, что богоподобной является сама способность принимать самостоятельные решения. Но библейский писатель будет утверждать во многих местах, что истинное богоподобие — это не просто власть или сила поступать так как хочется. Истинное богоподобие означает подражание Богу, осуществление своей власти благочестивым, добрым, жизнеутверждающим образом. Итак, библейский автор утверждает, что бог Израиля не только всемогущ, но и по существу и обязательно благ. Эти два элемента , с точки зрения библейского автора, не могут идти порознь, они всегда должны пребывать в единстве. И, наконец, люди узнают, что свободе всегда сопутствует ответственность. Совершив свой первый акт неповиновения они получают и суровое наказывается. Таким образом, из этой истории они узнают , что их моральный выбор и поступки имеют последствия, и они должны отвечать за нарушение правил.

Итак, подытоживая сказанное, Сарна видит в истории "Эдемского сада", как я только что объяснила, послание, которое соответствует тезису Кауфмана о монотеистическом мировоззрении. По его словам, эта история передает идею о том, что "....зло является продуктом человеческого поведения, а не принципом, присущим космосу". Непослушание человека является причиной проблем человека. Свобода человека может быть одновременно предзнаменованием катастрофы и вызовом и возможностью" [Sarna 1966, 27-28]. Мы рассматривали Бытия 2 и 3 как попытку объяснить проблематичное и парадоксальное существование зла и страданий в мире, созданном добрым богом, и это та проблема, которую монотеизм на самом деле так и не смог окончательно разрешить. Но на эту историю можно посмотреть и с другой стороны. И когда мы вернемся в понедельник, мы посмотрим на нее с совершенно иной точки зрения и сравним ее с эпосом о Гильгамеше.