![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
sslysenkoк оглавлению
<<Лекция 6, глава 1 >>Лекция 6, глава 3
Лекция 6. Библейский нарратив: Истории патриархов (Бытие 12-36).
Профессор Кристина Хейс
Глава 2. Божья заповедь и Божье обетование: истины, освобожденные от бремени историчности.
Поэтому обсуждать истории о патриархах мы будем с учетом всех этих соображений. Мы не будем задаваться вопросом, являются ли эти истории исторически точными. Можно исходить из того, что это не так. Но как только мы избавимся от бремени историчности, мы сможем по достоинству оценить эти истории за их силу повествования, которое нужно воспринимать в соответствии с литературными традициями своего времени, и за истины которые носят социальный, политический, моральный и экзистенциальный характер.
Так что же это за истины? Мы только начнем отвечать на этот вопрос - а чтобы закончить на него отвечать вам может понадобится весь остаток жизни. А начнем мы с определения некоторых, далеко не всех, основных тем Бытия с 12 по 50. И начнем мы с истории Фарры и его семьи. Это история, в которой присутствуют темы божественного повеления и божественного обетования. Итак, библейский писатель изображает переселение сына Фарры - Аврама, чье имя будет изменено на Авраам, поэтому иногда я буду использовать то одно, то другое. Но переселение это представлено как результат божественного повеления. Это первый шаг в путешествии, которое в конечном итоге приведет к формированию народа, состоящего в завете с Богом. Сначала мы знакомимся с нашими героями. Это происходит в Бытии 11:27 и далее до главы 12:3.
Итак, Аврам получает повеление отправиться из своего дома и семьи в место, которое будет названо позже, место, которое пока остается неизвестным. И именно этот факт заставлял комментаторов на протяжении веков восхвалять Аврама за его веру. Именно эта добродетель - а вера является добродетелью - связывается или ассоциируется с Абрамом/Авраамом в других библейских контекстах, а также в более поздней религиозной традиции. Он рассматривается как парадигма, образец человека веры. Повеление сочетается с обетованием: "Я произведу от тебя, - говорит Бог, - великий народ и благословлю тебя". Но только что в 11-й главе мы узнали, что Сара бесплодна. Казалось бы, несущественная деталь, но внезапно ее важность становится очевидной. Как ловко рассказчик подбрасывает информацию, необходимую нам, чтобы понять, что Аврам должен принять Божье слово на веру, и как прекрасно рассказчик создает драматическое напряжение и огромную замешательство, которое будет царить в следующих нескольких главах, потому что Аврам, похоже, не понимает, что потомство произойдет от Сары. Эти истории нужно читать так, как будто вы читаете их в первый раз. Большой недостаток состоит в том, что вы знаете концовку. Это ужасный недостаток. Вы должны приучить себя читать эти истории так, как будто вы не знаете, что будет дальше, и поставить себя на место персонажа. Авраму только что сказали, что он станет отцом великих народов, а у него бесплодная жена. Он, похоже, не понимает, что потомство произойдет от Сары, да и почему он должен думать, что это будет так? Бог не был конкретен. Он просто говорит: "Я произведу от тебя великий народ". Он ничего не говорит о Саре, в конце концов, она бесплодна. Поэтому Аврама можно простить за то, что он подумал, что, возможно, его ждет какая-то другая спутница жизни. И поэтому он легко отдает ее другим мужчинам, фараону Египта сразу после этой сцены в главе 11 [и 12]. Он с готовностью принимает предложение Сары о служанке Агари, которая родит ребенка Измаила вместо Сары. Как ловко рассказчик ведет нас вместе с Аврамом к тому, чтобы мы стали возлагать надежды на Измаила как на ребенка обетования. И как ловко выдергивается ковер у нас из-под ног в Бытии 17, когда Бог наконец-то, возможно нетерпеливо, переходит к конкретике: Нет, Я имел в виду, что ты станешь отцом великого народа через Сарру. А Авраам, как его теперь называют, недоверчиво отвечает: "Она уже не в том возрасте, чтобы рожать, Господи". И он смеется. А Бог молчит. И в этом молчании я всегда представляю, как воздух в описываемой сцене наполняется чувством неловкости. И Авраам говорит: "о, хотя бы Измаил был жив пред лицем Твоим!". Но Бог настроен решительно. Сарра родит Исаака, и с ним Бог заключит вечный завет.
Вся эта драма на протяжении первых пяти глав становится возможной благодаря, казалось бы, ничего не значащей строчке в 11:30, своего рода случайной детали в перечне родословия, которую можно было бы пропустить: "И Сара была неплодна и бездетна". В этом-то и заключается сила и красота библейского повествования. Настройтесь на то, чтобы читать его именно так.
Несколькими стихами позже, когда Аврам и его жена Сара, его племянник Лот и все путешествующие с ними достигли Ханаана, Бог дает дополнительное обетование. В стихе 7 Он говорит: "И дам землю сию потомству твоему". Таким образом, всего за несколько коротких стихов - мы продвинулись всего на семь стихов вперед в 12-й главе - всего за несколько коротких стихов автор сформулировал тройное обещание, которое лежит в основе библейской драмы, которая скоро развернется: обещание потомства, благословения и земли. Таким образом, создается повествовательное напряжение для истории патриархов, а также для истории народа Израиля в последующих книгах. Потому что в историях о патриархах присутствует это тревожное ощущение неопределенности между эпизодами, грозящими уничтожить Божьи обещания, и эпизодами, подтверждающими их. Жены патриархов оказываются бесплодными. Линии наследования опровергают наши ожидания: оказывается, что наследство достается не тому человеку, которому, как мы могли бы подумать, оно должно достаться. Процесс исполнения обещания порой затягивается и становится мучительным. Мы рассмотрим один пример эпизода, в котором обетование утверждается - или подтверждается, вновь подтверждается - и пример эпизода, в котором обетование оказывается под большой угрозой.
<<Лекция 6, глава 1 >>Лекция 6, глава 3
Лекция 6. Библейский нарратив: Истории патриархов (Бытие 12-36).
Профессор Кристина Хейс
Глава 2. Божья заповедь и Божье обетование: истины, освобожденные от бремени историчности.
Поэтому обсуждать истории о патриархах мы будем с учетом всех этих соображений. Мы не будем задаваться вопросом, являются ли эти истории исторически точными. Можно исходить из того, что это не так. Но как только мы избавимся от бремени историчности, мы сможем по достоинству оценить эти истории за их силу повествования, которое нужно воспринимать в соответствии с литературными традициями своего времени, и за истины которые носят социальный, политический, моральный и экзистенциальный характер.
Так что же это за истины? Мы только начнем отвечать на этот вопрос - а чтобы закончить на него отвечать вам может понадобится весь остаток жизни. А начнем мы с определения некоторых, далеко не всех, основных тем Бытия с 12 по 50. И начнем мы с истории Фарры и его семьи. Это история, в которой присутствуют темы божественного повеления и божественного обетования. Итак, библейский писатель изображает переселение сына Фарры - Аврама, чье имя будет изменено на Авраам, поэтому иногда я буду использовать то одно, то другое. Но переселение это представлено как результат божественного повеления. Это первый шаг в путешествии, которое в конечном итоге приведет к формированию народа, состоящего в завете с Богом. Сначала мы знакомимся с нашими героями. Это происходит в Бытии 11:27 и далее до главы 12:3.
Вот родословие Фарры: Фарра родил Аврама, Нахора и Арана. Аран родил Лота. И умер Аран при Фарре, отце своем, в земле рождения своего, в Уре Халдейском. Аврам и Нахор взяли себе жен; имя жены Аврамовой: Сара; имя жены Нахоровой: Милка, дочь Арана, отца Милки и отца Иски. И Сара была неплодна и бездетна. И взял Фарра Аврама, сына своего, и Лота, сына Аранова, внука своего, и Сару, невестку свою, жену Аврама, сына своего, и вышел с ними из Ура Халдейского, чтобы идти в землю Ханаанскую; но, дойдя до Харрана, они остановились там. И было дней жизни Фарры двести пять лет, и умер Фарра в Харране. И сказал Господь Авраму: пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе; и Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь ты в благословение; Я благословлю благословляющих тебя, и злословящих тебя прокляну; и благословятся в тебе все племена земные.
Итак, Аврам получает повеление отправиться из своего дома и семьи в место, которое будет названо позже, место, которое пока остается неизвестным. И именно этот факт заставлял комментаторов на протяжении веков восхвалять Аврама за его веру. Именно эта добродетель - а вера является добродетелью - связывается или ассоциируется с Абрамом/Авраамом в других библейских контекстах, а также в более поздней религиозной традиции. Он рассматривается как парадигма, образец человека веры. Повеление сочетается с обетованием: "Я произведу от тебя, - говорит Бог, - великий народ и благословлю тебя". Но только что в 11-й главе мы узнали, что Сара бесплодна. Казалось бы, несущественная деталь, но внезапно ее важность становится очевидной. Как ловко рассказчик подбрасывает информацию, необходимую нам, чтобы понять, что Аврам должен принять Божье слово на веру, и как прекрасно рассказчик создает драматическое напряжение и огромную замешательство, которое будет царить в следующих нескольких главах, потому что Аврам, похоже, не понимает, что потомство произойдет от Сары. Эти истории нужно читать так, как будто вы читаете их в первый раз. Большой недостаток состоит в том, что вы знаете концовку. Это ужасный недостаток. Вы должны приучить себя читать эти истории так, как будто вы не знаете, что будет дальше, и поставить себя на место персонажа. Авраму только что сказали, что он станет отцом великих народов, а у него бесплодная жена. Он, похоже, не понимает, что потомство произойдет от Сары, да и почему он должен думать, что это будет так? Бог не был конкретен. Он просто говорит: "Я произведу от тебя великий народ". Он ничего не говорит о Саре, в конце концов, она бесплодна. Поэтому Аврама можно простить за то, что он подумал, что, возможно, его ждет какая-то другая спутница жизни. И поэтому он легко отдает ее другим мужчинам, фараону Египта сразу после этой сцены в главе 11 [и 12]. Он с готовностью принимает предложение Сары о служанке Агари, которая родит ребенка Измаила вместо Сары. Как ловко рассказчик ведет нас вместе с Аврамом к тому, чтобы мы стали возлагать надежды на Измаила как на ребенка обетования. И как ловко выдергивается ковер у нас из-под ног в Бытии 17, когда Бог наконец-то, возможно нетерпеливо, переходит к конкретике: Нет, Я имел в виду, что ты станешь отцом великого народа через Сарру. А Авраам, как его теперь называют, недоверчиво отвечает: "Она уже не в том возрасте, чтобы рожать, Господи". И он смеется. А Бог молчит. И в этом молчании я всегда представляю, как воздух в описываемой сцене наполняется чувством неловкости. И Авраам говорит: "о, хотя бы Измаил был жив пред лицем Твоим!". Но Бог настроен решительно. Сарра родит Исаака, и с ним Бог заключит вечный завет.
Вся эта драма на протяжении первых пяти глав становится возможной благодаря, казалось бы, ничего не значащей строчке в 11:30, своего рода случайной детали в перечне родословия, которую можно было бы пропустить: "И Сара была неплодна и бездетна". В этом-то и заключается сила и красота библейского повествования. Настройтесь на то, чтобы читать его именно так.
Несколькими стихами позже, когда Аврам и его жена Сара, его племянник Лот и все путешествующие с ними достигли Ханаана, Бог дает дополнительное обетование. В стихе 7 Он говорит: "И дам землю сию потомству твоему". Таким образом, всего за несколько коротких стихов - мы продвинулись всего на семь стихов вперед в 12-й главе - всего за несколько коротких стихов автор сформулировал тройное обещание, которое лежит в основе библейской драмы, которая скоро развернется: обещание потомства, благословения и земли. Таким образом, создается повествовательное напряжение для истории патриархов, а также для истории народа Израиля в последующих книгах. Потому что в историях о патриархах присутствует это тревожное ощущение неопределенности между эпизодами, грозящими уничтожить Божьи обещания, и эпизодами, подтверждающими их. Жены патриархов оказываются бесплодными. Линии наследования опровергают наши ожидания: оказывается, что наследство достается не тому человеку, которому, как мы могли бы подумать, оно должно достаться. Процесс исполнения обещания порой затягивается и становится мучительным. Мы рассмотрим один пример эпизода, в котором обетование утверждается - или подтверждается, вновь подтверждается - и пример эпизода, в котором обетование оказывается под большой угрозой.
